?

Log in

No account? Create an account
Город Емва основан как административный центр Северного железнодорожного исправительно-трудового лагеря (1938-1950). Максимальная численность заключенных Севжелдордага, строивших железную дорогу Котлас - Воркута, достигала 85 тысяч.



Read more...Collapse )

Как и многие туристы, я всегда читаю подписи под памятниками, обращаю внимание на мемориальные доски и стараюсь побродить по местным кладбищам. В Литве же, натыкаясь на очередной мемориал, каждый раз таращишь глаза: "Да как же они живут-то со всем этим?!" Наверное, у нас все то же самое, но по привычке как-то не обращаешь внимания.


1. Нида: старинное куршское кладбище с необычными надгробными памятниками - крикштами.

Read more...Collapse )

34 года, женат, есть сын-шестиклассник. Бывший командир отделения из 30 человек, в 2015-м их вернулось восемь. Пятеро спились или загремели в дурку. Итого из тридцати — трое.

Награжден орденом и медалью, за все боевые заслуги ему положено 4 тысячи ежемесячно. Зарабатывает извозом — кому стройматериалы привезти, кого в город подкинуть. За рулем никогда не пристегивается: "А мне все равно ничего не будет, пусть только попробуют..." 

Работы дома никакой толком нет. После армии работал в полиции — сократили. Пришлось податься в контрактники. Сначала учеба, потом Украина, Сирия... Если бы не жена, намертво повисшая на шее ("Ты что, хочешь, чтобы я цинк получила, да?!"), снова пошел бы на войну — ребята звали. 

Положил рапорт на стол — и ушел. Теперь его пытаются записать в дезертиры, вместо того чтобы военную пенсию назначить. Смеется: "Пусть только попробуют..."

"Вначале совсем хреново было. Все сидят за столом, а мне с ними вообще не о чем разговаривать, мне бы на войну, там у меня ребята..."

Кое-как приспособился, баранку крутить — дело привычное. Иногда запивал, без этого никак, надо расслабляться, иначе точно белочка придет. Жена рассказывала, что первое время он каждую ночь с кем-то воевал, все по дому бегал и что-то кричал. 

"Если кто на меня бычит, меня не остановить, я вот этими руками запросто могу голову открутить. И ничего мне за это не будет, максимум в дурку отправят, напишут — посттравматический синдром. Психологи? Какие психологи, кто их вообще видел..."

Read more...Collapse )

Встань и иди!

– А вот еще, смотрите, смотрите! – Галина Александровна Данилова по очереди раскладывает передо мной приданое из «бабушкиного сундука» – три огромных полиэтиленовых пакета, притащенные откуда-то с антресолей. Домотканые полотенца конца XIX века с кружевной отделкой, нижние юбки, сарафаны слой за слоем ложатся на спинку дивана – все грубое, тяжелое, сероватого цвета, иногда с толстой красной вышивкой, даже не представить, как это можно было носить. Ни один узор не повторяется! Я чувствую себя как в настоящем музее, где я один-единственный посетитель.



Потом вдруг откуда-то возникает толстенная папка, обыкновенный скоросшиватель с файлами А4, – файлов там больше ста: таблицы, схемы, даты, фотографии, вырезки из газет… Это подробнейшая родословная (с 1678 года!) Галины Александровны. Я спрашиваю: а дети-внуки-то знают? Нет, говорит, сейчас им не до того, но пусть лежит.
Read more...Collapse )
В Брно почему-то почти нет памятников - ни конных, ни пеших. Наверное, потому что когда-то давным-давно эти несбывшиеся памятники разбрелись по окрестным домам, встали по сторонам парадных или забрались на балконы и притворились атлантами и кариатидами. Так там и живут.



Остальные 18 фотографий - по ссылке.

Неделя венской моды

Вену очень трудно фотографировать: сплошные шестиэтажные дома и дворцы, не влезающие в фотоаппарат, ну или панорамы, которые с легкостью можно найти на любой открытке. Зато вот люди... от них было просто невозможно оторваться! Вена оказалось на удивление открытым и легким городом, несмотря на всю свою имперскость.



Еще 13 фотографий из альбома - по ссылке.